Актуальное. 
Михаил МЕНЬШИКОВ
*МОГИЛЬЩИКАМ РОССИИ*
Итак, дождались мы и этого позора: в Киеве выкинуто красное знамя отделения Малороссии от России. Пусть это знамя, выброшенное жидами и мальчишками, тотчас же было сорвано и преступные скандалисты были избиты толпой. Революционные толпы бродили от политехникума до таких центральных пунктов, как Владимирский собор и площадь Богдана Хмельницкого. Такие же толпы двигались по киевскому Невскому проспекту – по Крещатику. «Да здравствует самостийна Украина! Да здравствует Австрия! Долой Россию!» – вот что кричали и ревели жиды и мазепинцы пред австрийским консульством, причем, как гласит телеграмма, «протестовавших из публики демонстранты избивали». Если бы не вмешательство казаков и солдат, мятежники, несомненно, взяли бы верх: «Среди демонстрантов более половины было евреев. Руководил студент-еврей, разъезжавший верхом по городу и делавший свои распоряжения…».
Вот до какого позора додремались мы: в Киеве, на лоне «матери городов русских», раздались крики «Долой Россию!». В Киеве, где народ русский принял крещение и откуда, вместе с Новгородом, пошла наша государственность, сложилась змеиная измена, преступной низости которой нет меры и нет предела. Есть, впрочем, нечто еще более возмутительное и бессовестное, чем этот подлый бунт, – сентиментальное с разных сторон потворство ему. Микробы яда были бы совершенно безвредны, если бы не невинная и кроткая питающая их жидкость. Для множества ядовитых зараз у нас давно сложился общественный и даже государственный «бульон» вроде того, на котором врачи разводят культуры чумы и холеры. Вот в чем истинный ужас нашей современности. «Невозможно не прийти соблазнам», – сказал Христос. Невозможно не возникать заразам – всяким заразам, и физическим, и психическим, но горе народу, если он потерял способность давать отпор ядам, отпор мгновенный и решительный, не допускающий никаких компромиссов. Горе народу, если разлагающаяся его общественность создает среду, благоприятную для всяких соблазнов. Вот на что должно обратить внимание наше правительство, если оно действительно стоит на исторической страже. Ведь кто же нибудь должен спасать Россию, нельзя же оставить ее на произвол подлейших предательских стихий. Мы-то все думали, что во главе народа русского едет святой Георгий Победоносец, поражающий копьем дракона. Но дождались до жида-студента, который разъезжает на коне по Киеву, «дает свои распоряжения» и объявляет всему миру: «Долой Россию!» Чудесно!
Мне много раз доводилось разъяснять крайнюю опасность мазепинского движения. Прямо оскорбительно становится проповедовать азбучные истины, очевидные для детей и спорные лишь для тех, кто дремлет. Ровно три года назад в статье «Быть ли России великой?» я изложил значение этого разгорающегося бунта в связи с культом будто бы «великого» украинского поэта. Совсем нетрудно было доказать, что ничего великого в этом талантливом провинциальном поэте не было и не могло быть на уровне слишком зачаточной деревенской культуры. Переведите Шевченко на английский или французский язык, и он не найдет и дюжины читателей, тогда как Данте, Шекспир, Гёте, Пушкин читаются в переводах на все языки с неостывающим интересом. Впрочем, и малороссийские бунтари превозносят Шевченко как поэта лишь для отвода глаз: не в скромной поэзии этого полуграмотного крестьянина тут дело, а в очень нескромных его политических идеях. У нас, конечно, давно забыт «Кобзарь» без пропусков, да и едва ли он когда-либо был известен широкой великорусской публике. И просто «Кобзарь», даже «с пропусками», отлично переведенный, никем у нас не читается, ибо устарел и неинтересен. Поэтому у нас сложилось общее представление, раздуваемое сверх меры малорусскими патриотами, будто Шевченко был совершенно невинный поэт, певец украинского неба и широкой степи, и больше ровнехонько ничего. Подчиняясь этой подтасовке мнений, правительство наше очень долгое время смотрело благосклонно на то, что Шевченко сделался национальным героем малороссийской интеллигенции, ее пророком, учителем и загробным вождем.
Правительство разрешило не только сочинения Шевченко с пропусками и без пропусков, но и целые кружки, общества и учреждения его имени и, наконец, даже всероссийский памятник ему в «столице Украины» – в Киеве. Но то, чего не ведало или не хотело ведать правительство, прекрасно ведали подпольные бунтари. Правительство забыло, что Шевченко был наказан ссылкой и солдатской службой не за милые стишки о любви и женской красоте, а за государственное преступление, вполне точно установленное. Это преступление заключалось в возбуждении ненависти южнорусского народа к северорусскому и в воззваниях к бунту против нашей государственности. Все это имелось и до сих пор значится, как и кощунства религиозные, в общеизвестных «пропусках» Шевченковой будто бы лирической поэзии. Хотя Шевченко вытянут из деревенской грязи великороссами (начиная с помещика Энгельгардта, пославшего его учиться живописи в Варшаву и Петербург), хотя не киевские хохлы, а петербургские москали (Брюллов, Григорович, Венецианов, Жуковский) обласкали его и возлелеяли, хотя не украинская знать, а великорусская (графиня Баранова, княгиня Репнина, графиня Толстая, князь Васильчиков, граф Толстой и др.) превознесла этого милого деревенского поэта и создала ему имя, тем не менее он, хорошо распропагандированный поляками, воспевал ненависть к единой и нераздельной Руси, как она представлялась Богдану Хмельницкому. Правда, скончавшийся от болезненного пьянства Шевченко умер рано (47 лет), умер уже значительно отрезвленный от бунтовских настроений молодости. Возможно, проживи дольше, он и совсем стряхнул бы с себя польские внушения и осудил бы, как Пушкин и Достоевский, свои «ошибки молодости». Это бывало с многими малороссами не меньшего, чем у Шевченко, таланта. Но смерть закрыла эту возможность, и потому Шевченко надо брать, каков он есть: как политического агитатора, ибо – если говорить правду – именно этим он только и дорог озлобленному мазепинскому сепаратизму.
Правительство русское достаточно медлило в мазепинском вопросе и слишком много упустило драгоценного времени. Хотя украиноманство разных оттенков существует уже более полувека, но мазепинство сложилось на глазах наших. Глубокой ошибкой власти было разрешать будто бы невинные формы украинской особой культуры – особый украинский театр, особую печать, особый язык в литературе и даже науке. Наша имперская власть этим путем благословляла опаснейший из раздирающих Россию сепаратизмов. Дошло до того, что Императорская Академия наук сделалась одним из центров яростной украинской пропаганды. Вообще плохо справляющаяся с своими задачами, эта академия увенчивала труды самых воспаленных ненавистников Империи русской, где проповедовалась «самостийна Украина вид Карпатив до Кавказа». Мало того, Академия наук пыталась узаконить искусственный, нарочно сочиненный Грушевским язык будущего украинского государства под короной Габсбурга… Что же после того негодовать на каких-то поляков и жидов, сеющих из всех сил междоусобие между тремя разновидностями великого племени русского?
Мы взываем к историческому долгу русской власти. Пора привести в действие государственный закон, оберегающий целость Империи от государственной измены. Самое черное из возможных государственных преступлений налицо. В крике: «Долой Россию, да здравствует Австрия!» – заключается не только призыв к восстанию против Престола и законной власти, но и призыв к нашествию врага на родную землю, покушение на державную независимость Всероссийского государства. Это квалифицированная измена, и она заслуживает самой беспощадной строгости. Нет сомнения, правительству и теперь, как издавна, нашептывают в уши самые оптимистические речи: «Помилуйте, что же тут такого? Самая «обыкновенная» политическая демонстрация. Южане – впечатлительные люди, они просто пошумели в солнечный день на улице, и ничего из этого не вышло. Нужно простить это, нужно пренебречь. Само собой все уляжется. Демонстранты разбежались – вот и все. Не следует раздувать события, делать из мухи слона» и пр., и пр. Такими советами змеиной мудрости криводушные люди завораживают простодушных. Но да не будет же и на этот раз непростительного малодушия, вследствие которого правительство терпит, как на его глазах разгорается государственный пожар! Необходимо наверстывать упущенное время, необходимо спешить! Прежде всего надо положить конец преступнейшей жидовско-польской инспирации мазепинского вопроса. Еврейские газеты с «Речью» во главе ежедневно и в статьях, и в заметках, и в сообщениях, и в телеграммах поддерживают и идею отторжения Малороссии, и все проявления этой идеи. Глупой подлости этой пора положить конец. Жиды, растратившие свое собственное государство и погубившие целый ряд других своею заразой, не годятся в учители нам, русским, по части государственности. Поляки, растратившие свое государство и чуть не замучившие при помощи жидов всю Малую, Белую и Червонную Русь, тоже не годятся в учители для нашей государственности. Угрызаемые ненавистью к могуществу единого православного народа русского, пусть эти предатели предлагают свои услуги кому угодно, только не нам!
Российское государство не есть великорусское, оно в той же степени малорусское и белорусское государство. И правительство русское состоит, как и парламент наш и суд, не только из великороссов, но из малороссов и белорусов. Уже целые века спаянные в одном стволе, родные друг другу ветви Святой Руси – не отдельные земли, а одна земля. Во имя государственного единства мы, народ русский, умоляем государственную власть вспомнить о статье первой раздела первого основных государственных законов: «Государство Российское едино и нераздельно». Это нужно вспомнить, как о первом и верховном долге, ради которого все можно отложить и всем на время пренебречь. Как в первой заповеди Моисея, как в первом члене Символа веры, в первой статье основных законов заложена величайшая из идей, составляющих душу государственности. В забвении единого Бога тщетно было бы достигать второстепенные истины и добродетели. В забвении единства государственного тщетно было бы достигать осуществления второстепенных прав народных и обязанностей. Единство русское есть основная формула нашего политического бытия. Отказаться от нее или довести ее до унижения вроде киевского – это значит умышленно стать на край пропасти и ждать, что из этого может выйти. Элементарная честность требует, чтобы преступление называлось преступлением, и мы не видим нынче этой элементарной честности. Как денной грабеж называется почти официально уже не разбоем, а «экспроприацией», так попытка к бунту – «демонстрацией». Пора вернуться к честному и трезвому языку предков, к их здравым политическим понятиям, купленным великими страданиями и трудовым потом народным и благородной кровью. Пора сказать государственным изменникам в глаза то проклятие, которое они заслужили. Пора дать им почувствовать на шкуре их священный гнев народный. Подлецы и негодяи! Вы забыли, как предки ваши, еще задолго до Мазепы, служили то в татарском, то в польском, то в жидовском рабстве. Вы забыли бесконечные унижения и бесчестья, захваты земли вашей и имущества, попрание свободы вашей и веры. Вы забыли, как «рассобачий жид» (выражение Гоголя) держал в аренде ваши церкви, а ксендзы запрягали православных в оглобли. Вам надоела народная независимость, которую вы получили лишь в союзе с великорусским племенем. Вас опять тянет под чью-то чужеземную пяту, вы тоскуете по старому холопству. Нет татар и Польши – вы скулите об австрийском иге, именно в те дни, когда ваши же родные братья, мученики Угорской Руси, испытывают всю горечь этого ига! Жиды, нашептывающие вам ваш гнусный выкрик: да здравствует Австрия! – хорошо знали, как больно ужалит этот голос из Киевской Руси сердца подъяремных ваших земляков…
И до свободного воссоединения Малой России с Великой Россией, и после него, в течение веков пролито общими предками нашими безмерное количество крови за общую нашу державу. В этом море крови, может быть, половина малороссийской. И все это должно пойти теперь насмарку, во славу и честь жидов, тянущих русское добро под австрийскую корону!.. Придумано не худо. Но, оставляя жидов и мазепинцев государственной расправе, что мы, великороссы, могли бы сказать нашим южным братьям, колеблющимся в соблазне? Слушайте, братья, змея-искусителя, да остерегайтесь от того, чтобы поверить ему! На что толкает Малороссию партия проклятого Церковью Мазепы? На «самостийность», то есть отдельное государственное существование. Но оглянитесь в историю: по силам ли оно было когда-нибудь Южной России? Как только татарский удар расколол Россию, ни один из осколков не мог вернуть свое державное существование, и даже самому крупному из русских племен – великорусскому – потребовались века, чтобы выбиться из-под власти какой-то степной орды. А вы, малороссы и белорусы, без нашей помощи никогда не выскочили бы из польско-жидовской петли. Поглядите, как крепко держит совсем обветшавший габсбургский обруч народы, когда-то имевшие крупную государственность. Допустим, что вы доведете до кровавого бунта и превращенная в развалины Малороссия добьется призрачной «самостийности». Но ведь Господь не уберет же врагов ваших, многочисленных соседей, с которыми придется воевать, истощая силы. И тот исполинский щит, который охраняет вас от всех давлений, – Русская Империя, превратится в ваш могильный камень. Ибо отказаться от наследия Рюрика, от святой киевской земли, отказаться от завоеванных нами Бессарабии, Новороссии, Крыма, Донской области, Прикавказья и Черного моря, вы сами понимаете, России нельзя. Стало быть, вечный мир с Россией вы хотите променять на вечную войну? Не себе ли, предатели, вы роете этим яму?
27 февраля 1914 года
М. О. Меньшиков "ПИСЬМА К РУССКОЙ НАЦИИ"
Увы, но и Императорская Россия несёт определённую долю ответственности за "украинство". Так что "декоммунизатор" Путин где-то и не совсем был объективен. 
