"Предстоящий день он хотел посвятить встречам и поискам. Выброшенный из профессии, отторгнутый от разведки, он искал себе применения. Покинув театры военных действий, оставив после себя рваные кромки растерзанной и умертвленной страны, он искал себе места в жизни. У него был опыт разведчика. Опыт аналитика и знатока агентурной работы. Опыт офицера, добывавшего информацию среди горящих кишлаков, заминированных ущелий, красных песков пустыни. Москва была огромным заминированным ущельем, душной пустыней. И он хотел применить свой опыт. С этим опытом он не отправится в Генеральный штаб, где сидят лишенные армии бездельники-генералы, робкие и трусливые, сломленные в бесчисленных предательствах, купленные и запуганные. Он не пойдет к банкирам, к президентам фондов и фирм, окружившим себя кольцом безопасности, формирующим личные разведки и армии. Не пойдет в услужение к победителям, покорившим его страну. Он, лишенный страны и армии, как партизан в глубоком тылу, будет искать себе подобных, несломленных, не бросивших оружие в болото, не сорвавших погоны, не зарывших ордена. Пойдет к оппозиции, к ее вождям, и предложит свой опыт. Опыт военного, опыт офицера разведки."
И все-таки Белосельцев все-таки похож на Большакова
Сообщений 1 страница 2 из 2
Поделиться12019-10-21 03:34:14
- Активный участник
- Зарегистрирован: 2018-06-25
- Приглашений: 0
- Сообщений: 40770
- Уважение: [+5/-0]
- Позитив: [+0/-0]
- Провел на форуме:
9 месяцев 12 дней - Последний визит:
Сегодня 11:15:51
Поделиться22019-10-21 03:39:18
- Активный участник
- Зарегистрирован: 2018-06-25
- Приглашений: 0
- Сообщений: 40770
- Уважение: [+5/-0]
- Позитив: [+0/-0]
- Провел на форуме:
9 месяцев 12 дней - Последний визит:
Сегодня 11:15:51
А теперь для сравнения.
"* * *
Большаков приехал в Дом Советов вечером 21 сентября, сразу же после появления так называемого Указа Президента № 1400. Его ждали – в комитете по обороне и безопасности. Поднялся на тринадцатый этаж, постучал, вошел в кабинет. Председателя комитета генерал-полковника А. не было на месте. За столом сидел человек в штатском.
– Вы Комбат? – спросил Большаков.
– Я.
Человек в штатском слегка удивился, что вошедший так обращается к нему. Он действительно был комбатом в Афгане, а потом его так называли только близкие и еще некоторые, бывшие, как это иногда называют, в курсе.
– Капитан Кошка, – Большаков протянул ему руку.
– Борис Валентинович! – разразился удивленным восклицанием Комбат. – Слышал о вас. Неужели все-таки… раз вы здесь.
– К сожалению… или к счастью, – слегка задумчиво ответил ему Большаков, – да. Они приняли решение. Туловище долго не решалось, но в конце концов к нему пришли и сказали: или ты всё делаешь, или мы проводим экспертизу по здоровью, – Большаков щелкнул себя по горлу, – затем досрочные выборы и сажаем Гошу Яблонского. Туловище поморщилось и подписало то, что ему принесли. Они ведут дело к физическому уничтожению всех лидеров оппозиции, в том числе умеренных, затем к полной приватизации всего, что осталось, и введению сюда американских войск. В качестве «миротворцев».
– Значит, война?
– Да. Или они, или мы.
– Генерал в курсе?
Комбат говорил о своем непосредственном начальнике, генерал-полковнике А.
– Должен быть в курсе.
– Я имею в виду вас и вашу здесь миссию.
– Ему скажут. Если уже не сказали. В любом случае, он обо всем узнает, но не от меня и ни в коем случае не от вас.
– Как вас представлять?
– Так и представьте. По фамилии, по имени. Добавьте, что капитан Кошка. Он должен знать.
– Хорошо. Вы останетесь или поедете в город?
– Я остаюсь здесь до самого конца. Если можно, выделите мне комнату, – сказал Большаков."