Всё лето Гитлер отказывался от переговоров с Англией и Францией, поскольку те открыто вели переговоры с СССР (которые носили карикатурный характер - ничего подписывать англо-французы и не собирались, а лишь припугивали Гитлера). Наконец, когда поляки окончательно озверели и перешли к убийствам немцев и пограничным провокациям, 23 августа состоялся пакт Молотова-Риббентропа, 25 августа на уровне послов был подписан англо-польский военный союз, в тот же день Гитлер отправил в Лондон свои условия: Германия сама разберется с Польшей, после чего можно начать переговоры.
Вечером 28 августа Чемберлен прислал ответ, что Германия может получить Данциг путем мирных переговоров, лишь бы не было войны. 30 августа немцы ответили, что ждут поляков на переговоры сегодня же, но было уже поздно, никто бы не успел приехать.
1 сентября началась война. Чемберлен через Муссолини и Даладье передавал Гитлеру, что нужно отвести войска назад и тогда он получит Данциг. Поскольку ответа не было, то 3 сентября в 11:15 Чемберлен сообщил по радио об объявлении войны Германии. Весь парламент негодовал на него - и антигерманские тори типа Черчилля, и лейбористы Эттли.
Но Чемберлен опять был непреклонен: Гитлер недоговороспособен, но если он хотя бы на словах прикажет отвести войска назад из Польши, то он получит Данциг. И даже когда он этого не приказал, Чемберлен решил де-факто не воевать с Германией и не посылать ни одного солдата. Стратегия его была оборонительная: британская армия, флот, авиация должны быть столь сильны, чтобы немцы не напали на саму Британскую империю, но наступать нельзя, высаживаться в Европе нельзя. Только защитить свои острова, не более. Так Чемберлен хотел сберечь жизни народа. Поэтому, кроме пары случаев морского боя с немцами, Англия не помогла Польше ничем.
Наконец, и после сентября Чемберлен искал путей к прочным соглашениям с Муссолини и с японцами.