ТРЕХПОЛЯРНЫЙ МИР: НОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ И ВЕЧНЫЕ ЛОГОСЫ
Facebook VK Blogger LiveJournal Twitter Email Print Ресурс
08.11.2021
Александр Дугин
На наших глазах фактически построен трехполярный мир. Уже не важно, какая политическая сила преобладает в Америке – глобалисты (как сегодня Байден) или националисты (как вчера Трамп). Невозможность сохранять американскую мировую гегемонию не зависит больше от ориентации правящей в США элиты. Может быть неоконсы и ультралибералы Байдена и хотели бы вернуться к однополярной модели, преобладавшей в 90-е годы ХХ века после краха СССР, но они уже просто не могут. Китай и Россия, начиная с какого-то момента, стали настолько очевидно суверенными геополитическими и цивилизационными образованиями, что отрицать это более не возможно.
Конечно, либералы в битве с Трампом пытались обвинить его в том, что это он способствовал (и даже вполне осознанно) укреплению независимости России Путина. Это и стало одной из главных линий в американских выборах. Но теперь очевидно, что это был чисто политический трюк: дело не в симпатиях Трампа к Путину и не во вмешательстве России в американские выборы. Дело в том, что США не могут более в одиночку править миром. И Байден здесь находится ровно в таком же положении, как и Трамп: стратегический предел однополярности достигнут, никаких ресурсов для ее сохранения и укрепления больше нет. Не мытьем, так катаньем, не Трампом, так Байденом – но мы переместились в трехполюсный мир.
В этом мире есть три центра принятия полностью суверенных решений.
США, которые сегодня представляют уже не весь Запад, а скорее англосаксонскую ось (отсюда АУКУС и КВАД) + их региональные сателлиты;
Россия, которая, не смотря ни на что, только укрепляет свои позиции на международной арене, стараясь найти новые точки приложения как на постсоветском пространстве, так и в других регионах;
Китай, который с успехом выдерживает всю тяжесть нарастающего экономического и военно-стратегического противостояния с англосаксами, всерьез приступившими к региональному сдерживанию Китая в Юго-Восточной Азии.
Между этими законченными центрами силы осциллируют
растерянный Евросоюз, поставленный на грань энергетической катастрофы провальной политикой Вашингтона и , по сути, выброшенный из англо-саксонского блока;
методично наращивающие свой региональный потенциал Турция, Иран и Пакистан;
Япония и Индия, стремящиеся усилить свои позиции, прагматично используя противостояние США с Китаем (при этом Индия совершенно рационально продолжает сохранять стратегическое партнерство с Россией);
исламские страны Ближнего Востока и Магриба, оторвавшиеся от США и отныне пытающиеся решить локальные противоречия уже без оглядки на Вашингтон;
африканские режимы, все активнее отвергающие европейский и, шире, западный неоколониализм (ярче всего это воплощено в новой волне антиевропейского панафриканизма – такого как Панфриканский Императив (Urgences Panafricanistes) Кеми Себа)
страны Латинской Америки, фактически брошенные США на произвол судьбы и ищущие нового места в мировой системе в модели глобального Юга;
растущие игроки Южной Азии – Индонезия, Малайзия, Южная Корея и т.д.
Так, между тремя столпами трехполярности, обладающими на сегодня безусловным, хотя и ассиметричным превосходством, начинается движение вторичных полюсов, чуть менее состоявшихся и завершенных. И тем не менее у некоторых из них – прежде всего у Индии и у некоторых стран Латинской Америки – потенциал очень высок, и переход их в высшую лигу вопрос не продолжительного времени.
И вот тут начинается самое интересное. У этого трехполярного, а завтра уже в полном смысле многополярного мира, есть два аспекта.
С одной стороны, кое-какие технологические аспекты цивилизации – в системе коммуникаций, в энергетике, в моделях развития дигитальных сетей и виртуальной экономики – будут – пусть на некоторое время – общими для всех полюсов – больших и малых. И за счет этого можно будет достичь – пусть минимальной, но -- стандартизации отношений между полюсами – и обосновать общие алгоритмы. Это позволит установить прагматически особую признаваемую всеми (или почти всеми) модель протоколов и правил, отражающих новые условия. Да, ни у кого не будет монополии на единоличное решение проблемных ситуаций. Любое решение может быть оспорено другим полюсом или ситуативным альянсом полюсов. В такой ситуации ни у кого не будет эксклюзивного права настаивать на чем бы то ни было. Сила одного будет ограничена лишь силой другого. А остальное вопрос переговоров.
Фактически это означает начало многополярной демократии или "демократии норм". Нечто подобное, кстати, сушествует в США, где у каждого Штата свои законы, подчас прямо противоречащие друг другу. В международной модели "демократия норм" может быть еще более гибкой: одни страны предлагают и принимают свои нормы, другие -- свои и т.д.
Все, конечно, будут заинтересованы в том, чтобы существовали некоторые устойчивые алгоритмы международного взаимодействия, но правила будут постоянно меняться, так как каждый полюс будет стремиться к тому, чтобы изменить ситуацию в свою пользу. При этом определенный – хотя и ограниченный «универсализм» (чисто технического характера) явно будет всеми затребован.
А вот с другой стороны, каждый полюс будет заинтересован в том, чтобы укрепить именно свою цивилизационную идентичность. И здесь ситуация будет еще более интересной.
Три главных уже полностью оформленных полюса –
англосаксы,
Россия и
Китай –
явно будут настаивать каждый на своей исторической идентичности. На своем Логосе. И тут нас жду сюрпризы.
Совершенно не очевидно, что США, например, пусть и вместе с Британией и Австралией, продолжат курс на ультралиберализм, постгуманизим, ЛГБТ+ вырождение и т.д. Эта глобалистская модель совершенно провальна. От нее все больше отшатываются и в США, и в Европе. Поэтому не стоит сбрасывать со счетов вероятность возвращения Трампа и трампизма (шире, популизма) в США. Очень показательно, что символ мирового успеха Илон Маск взялся за чтение Эрнста Югера. Лёд тронулся. Элита миллиардеров заходит на интересный – и явно консервативный -- интеллектуальный вираж. Другой миллиардер Питер Тиль давно читает мои геополитические тексты и труды Карла Шмитта. Да, еще есть Сорос, Гэйтс, мета-Цукерберг, Бернар-Анри Леви и Джэф Бэзос с бесноватыми уродцами из Google и Twitter, но на них скоро объявят глобальную охоту за попытку установить свои монополии. И тоже, глядишь, возьмутся за Юнгера.
В Европе восходящий тренд нового консерватизма представлен такой фигурой как Эрик Земмур, звездой французский выборов. Земмур радикально отвергает ЛГБТ+ и либерализм, призывает полностью закончить с миграцией, вернуться к французской идентичности, голлизму и к евразийскому союзу с Россией.
Венгрия и Польша в Восточной Европе демонстрируют, что либерализм начинает работать вхолостую и здесь.
Поэтому совершенно не факт, что в условиях трехполярности постгуманисты, постмодернисты, технократические маньяки и либеральные извращенцы сохранят монополию на западный Логос. Вполне вероятен и консервативный поворот. И вот это уже может стать интересным. Но все равно, такой консервативный поворот будет основан на западных ценностях. Да, они будут не столь агрессивными и навязчивыми, как тоталитарная и совершенно уже безумная линия либералов-глобалистов. Но все же это будет новое утверждение именно Запада – со всеми вытекающими.
У Китая с его многотысячелетней цивилизацией и совершенно оригинальной социально-политической системой тут снова огромное преимущество. Не просто экономика и жесткий политический контроль КПК – залог успеха китайского Логоса. Китайское общество – как государство, так и сам народ – это сплоченная система ценностей, имеющих имперское измерение, этику и своего рода китайскую метафизику. Дело не только во власти, дело в том, что между властью КПК и собственно китайским обществом находится целый континент традиционной китайской культуры – антропологической, этической, духовной. И Китай будет только укрепляться и расширять свое влияние на соседние регионы.
Самое время России задуматься о Русском Логосе. О русской идентичности, об историческом самосознании, о нашей системе ценностей, не менее оригинальной и самобытной, нежели западная или китайская. Увы, мы пока очень мало уделяем этому внимания. Но стоит обратиться к русской истории, к бесценным сокровищам православия, традиции, к нашей литературе и искусству, к нашей религиозной философии, к русской этике справедливости и солидарности – и перед нами откроются грандиозные очертания русской цивилизации. И здесь надо быть решительными: пусть это не всеобщая, не общечеловеческая истина, зато она наша родная, русская. Кто готов ее принять, милости просим. Кто нет, ну что же, пусть мир будет богаче и полнее за счет разнообразия и самобытности.
И снова три Логоса –
западный,
китайский и
русский –
как три цивилизации – станут лишь главными полюсами многополярности. Исламская или индийская, африканская или латино-американская цивилизации во всеми локальными особенностями получат возможность умножать свои Логосы, отстаивать и развивать свою идентичность, строить свои государства, культуры, системы.
Конечно, на этом пути будут трудности. Но иногда важно обратить внимание прежде всего на новые горизонты, не сводя все к конкуренции, конфликтам, столкновениям и ноющему скепсису: "ничего, мол, у человечества не получится, так как никогда ничего не получилось". Это ложь – иногда и получилось, и человечество знает величайшие взлеты, достижения, подвиги и высоты, хотя и тяжкие падения и катастрофы тоже.
Стоит смотреть в многополярный – сегодня трехполярный – мир с ответственностью и благими намерениями. В конце концов, мы живем именно в том мире, который сами и создаем. Так давайте сосредоточимся на поисках Русского Логоса.
